Как сегодня живут в легендарном лоцманском стане под Архангельском

0
24

31 августа 1941 года к причалам Архангельска пришли суда с помощью союзников. Караван назвали «Дервиш» — он был первым в череде конвоев, пришедших в Россию во время войны. В этом году страна отмечает 80-летие первого арктического каравана.

 Как сегодня живут в легендарном лоцманском стане под Архангельском

Лоцманский быт сумели воссоздать в деревне Пустошь — открыли в здешнем Доме культуры Музей лоцманской славы. Фото: Татьяна Сухановская / РГ

В каждой коренной архангельской семье есть родственники, принимавшие участие в проводке и обслуживании конвоев, выгрузке танков и аэрокобр, виллисов и студебекеров, бронемашин. За время войны по ленд-лизу в России только продовольствия было доставлено четыре миллиона тонн, ботинок — 59 миллионов пар. Из них в Архангельске практически ничего не оставалось — все шло на фронт.

В дельте Северный Двины есть острова, на которых жили и сегодня живут потомственные лоцманы: династии Хабаровых, Пустошных, Котцовых с XVII века встречали и провожали суда на подходах к Архангельску. Досконально знали глубины, из поколения в поколение передавали лоции прадедов. Во время Великой Отечественной войны этот опыт оказался бесценным.

Мастерство династии Котцовых

…"Балхаш" за 20 минут доставил нас в главный лоцманский стан — на остров Пустошь. Шустрый речной пароходик (в народе его ласково прозвали "блохашом") — тоже ветеран северных конвоев, построен он был в Архангельске еще в 1944-м, и 75 лет назад точно так же возил людей на острова и обратно.

Сегодня здесь, в деревне Залахотье, живет Диана Ткачук — наследница лоцманов Котцовых. В их семье долгое время хранилась и передавалась по наследству грамота Петра Первого, в которой он жаловал Козьму Котцова званием корабельного вожа: когда Петр вышел в море на военном корабле, построенном на верфи братьев Бажениных, у штурвала стоял именно Коземка Котцов — дальний предок Дианы Федоровны. Царь был покорен его мастерством.

Еще одна царская "память" гласила: "В 1690 году корабельным вожам Ивашке Олтуфьеву да Коземке Котцову со товарищи, во время нынешней ярманки, которые с моря учнут к Устью приходить, провожать к городу Архангельску. И после ярманки от города на море проводить со всяким бережьем. К сей памяти Архангельского города корабельная пристани таможенная печать приложена".

Ещё на MyArkhangelsk.Ru:
В Архангельске отмечают годовщину смерти епископа Тихона

Вся история лоцманского рода Котцовых пропитана морской солью. В 1938-м Иван Котцов участвовал в спасении экспедиции Папанина, а во время войны — конвоя PQ-17. Командовал группой боевых кораблей, искавших и собиравших суда самого трагического полярного каравана.

Французский кафтан, немецкий парик

До революции корабельные вожи жили только в собственном стане, обособленно, и дочек на сторону не выдавали — только за своих. С проводки каждого судна они имели приличный доход. Начиная с 1690 года — два рубля за ввод в порт и шесть рублей — за вывод. В знак дружбы им могли подарить английскую кофемолочку, немецкую швейную машинку, детскую коляску британского производств и, конечно, заморские вина (их вожи обычно приберегали до зимы).

— "Лоцманские пустошные жонки городу моду задают" — так говорили раньше в Архангельске, — рассказывает хранитель истории лоцманского стана в Пустоши Татьяна Дмитриева.

Когда жены лоцманов выходили в Архангельск на прогулку, городские дамы замолкали — изысканные европейские наряды до столицы Поморья доходили гораздо позже, чем до деревни в дельте Двины.

А мужчин-вожей было видно издалека: "алый кафтан французский, камзол и штаны красного сукна" — такую форму ввел для своих любимцев Петр Первый. Правда, по указу царя им приходилось также носить немецкие парики и шляпы, что здоровякам-вожам нравилось гораздо меньше. Но вариантов не было: Петр считал, что архангельские поморы, встречающие гостей со всего света, должны выглядеть по-европейски.

От "лоцманят" до героев

Дети корабельных вожей учились в специальных лоцманских школах. Три иностранных языка — это был, как сегодня говорится, образовательный минимум. Многие говорили на шести. Но и учителей было — на выбор. В лоцманском стане ежегодно зимовали капитаны из Англии, Швеции, Голландии, не успевшие "управить дела" за короткую двинскую навигацию.

Кроме того, "лоцманят" учили искусству с величайшим проворством управлять лодкой: вожи обязаны были выходить в море при любой погоде, в том числе на помощь терпящим бедствие кораблям. Поэтому и лоцманским, и поморским ребятишкам в Пустоши и на соседних островах шили детские карбасы — чтобы привыкали. Татьяна Дмитриева, к примеру, рассказала, что ей первую лодочку подарили на первый юбилей… в пять лет: сшили под размер. Сходить на собственном карбасе в гости к приятелям, живущим за двинской протокой, было делом обычным.

Ещё на MyArkhangelsk.Ru:
В столице Поморья грядут отключения электричества, воды и отопления

Пустошинские лоцманы, вступая в должность, на протяжении 300 лет давали клятву оказывать помощь любому судну любой страны. И сами были спасаемы не раз.

— Отец о войне говорить не любил, а когда я его спрашивал, начинал плакать, — делится потомственный корабельный вожа из деревни Пески Александр Дерягин. — О том, как батя два раза тонул, вспоминал только его брат.

Дело в том, что арктические караваны шли плотной цепью, разрывать которую было нельзя. Если люди оказывались за бортом, их спасали не останавливаясь: кидали трос или цепляли багром. В 1942 году Тимофей Дерягин был боцманом на пароходе "Сталинград" в караване PQ-18. Когда "Сталинград" торпедировала немецкая подлодка, брат Тимофея, Павел, следовал за ним на другом транспорте. "Снимите шапки, брат погиб", — успел передать он по радиосвязи.

Через пару месяцев Павел встретил Тимофея… в Мурманске. Оказалось, брата спасли английские моряки, успевшие подцепить его багром. Второй раз Тимофей тонул уже в Рейкьявике. Но снова не дали погибнуть боевые товарищи, а какой национальности они были, уже никто и не помнит. Во время конвоев этому значения не придавали.

Кстати

Лоцманский быт сумели воссоздать в деревне Пустошь — открыли в здешнем Доме культуры Музей лоцманской славы, собрав со всех островов семейные реликвии. Сложно представить, что так могли жить простые люди! Здесь, в арктических деревнях, где Двина постепенно переходит в холодное море, а дома заметает снегом по самые крыши.

За стеклянными дверями — зала с высоченным потолком. Содержалась она, по словам директора Дома культуры Екатерины Пономаревой, всегда в идеальном порядке и чистоте. Музей марку держит. Вот комод, мягкие, отороченные плюшем кресла, ломберный столик, за которым хозяин с заморскими гостями проводил вечера, играя в карты. В комоде — фарфоровая посуда для чая, кофе и ликеров, специальное блюдо для поросенка: традиция встречать дорогого гостя молочным поросенком — лоцманская, древняя. Именно отсюда, кстати, она перекочевала в современный флот.

Ещё на MyArkhangelsk.Ru:
В Архангельске ожидается шквалистое усиление ветра

Инкубатор русского флота

Двух лоцманских учеников, среди которых оказался Александр Пустошный, Георгий Седов выбрал для своей последней экспедиции на "Святом Фоке". Как известно, во время похода к Северному полюсу Пустошный чудом остался жив, а после возвращения в Архангельск попал под арест. Его и матроса Линника обвиняли в том, что во время последнего похода к полюсу они якобы расчленили тело умершего Седова и скормили собакам, чтобы вернуться назад. Позже обвинения были сняты, хотя в Пустоши никто никогда не верил, что потомственный корабельный вожа мог причинить вред своему капитану…

Александр Пустошный вернулся в Пустошь, а в 30-е годы стал главным лоцманом торгового порта Архангельска. Перед самой войной его снова осудили — теперь уже по 58-й. Через два года выпустили, но вернуться в строй Александр Матвеевич не смог — умер в 1943-м.

Лоцманские практики продолжил его родной брат — Федор Пустошный командовал ледоколом "Ленин", "рабочей лошадкой" конвоев, провожавшей арктические караваны по северным морям. Тем временем на конвойном ледоколе "Красин" служил штурманом еще один Пустошный — Павел Александрович. В музее сохранились воспоминания его сослуживцев о походе в США осенью 1941-го.

В ноябре "Красин" встал в порту Сиэтла на ремонт и перевооружение. Здесь к торжественной встрече готовились американские моряки. Но когда советский экипаж сошел на берег и выстроился вдоль причала, наступила долгая пауза. Вместо бравых матросов перед американцами предстали исхудавшие, плохо одетые, измученные войной люди. Только через пять минут раздались аплодисменты — американцы приветствовали коллег. А потом накормили, одели, согрели. И каждому дали с собой по мешку продуктов. В Архангельске благодаря этому мешку многие семьи смогли выжить, так как норма хлеба в городе не превышала ста граммов… А вот подаренные американцами кожаные куртки в архангельских семьях хранят и сегодня — как память о боевом братстве.

 Как сегодня живут в легендарном лоцманском стане под Архангельском

Александр Пустошный былглавным лоцманом торгового порта Архангельска. Фото: Татьяна Сухановская / РГ